детская писательница

Глава 14

На полях полным ходом шла уборка урожая, но Михаил ежедневно находил время для короткого посещения Орлицы. Он был счастлив, когда помогал выносить баронессу в парк и мог посидеть около нее. Ей одной он доверил свое духовное несовершенство, и именно она смогла указать ему на всю силу и полноту духовного богатства во Христе и на путь его достижения. Однако он очень медленно продвигался вперед.

В течение тех четырех недель, которые прошли со времени возвращения из Татр, Ольга лишь два дня провела в имении Годоличей, именно тогда, когда туда прибыли гости. Она устроила им торжественную встречу. По желанию баронессы в имение отправились также Дюро и Руфь. Потом они пригласили гостей в Орлицу. И хотя иностранцы пробыли с баронессой недолго, это пребывание просветлило их сердца.

А Михаил неожиданно узнал, кто был тем музыкантом, чья игра его однажды так впечатлила. Он не мог поверить, что этим музыкантом была его любимая жена Ольга. Теперь он еще больше восхищался ею!

Так прошло лето, и наступила осень. Но на расцветающее счастье упала тень, давно прятавшаяся где-то рядом. Лицо любимого доктора Дюро становилось все бледнее, хотя он никогда не жаловался на свое здоровье. Когда вечерами он сидел среди друзей, они чувствовали, что скоро ему суждено покинуть этот мир. Теперь он старался обедать у себя в комнате, а свою работу организовал так, чтобы никто не был зависим от него. Даже его пациенты видели, что земной путь их доктора завершается.

Над Орлицей опустился теплый осенний вечер. Деревья в пестрых одеждах были так красивы, что невозможно было представить, как они погрузятся в долгий зимний сон. После дневных трудов друзья собрались на террасе, откуда открывался чудесный вид на Дунай и на многоцветный осенний парк. Баронесса удобно откинулась в своем кресле на подушки, которые ей принесла Руфь, и перебирала пальцами белокурые волосы сидящей у ее ног Ольги. Остальные полукругом сидели около них. Лишь кресло доктора пустовало. Сестры милосердия рассказывали о том, как идут дела в больнице. Затем Руфь предложила спеть, и все радостно согласились. Вскоре зазвучала прекрасная хвалебная песнь, которая понеслась навстречу Дюро Тихому, медленно спускавшемуся по лестнице. Доктор остановился, прислонившись к дереву, и стал внимательно всматриваться в лица окружающих. Взгляд его остановился на отце, и тревога мелькнула в его лице, покрытом болезненным румянцем. Затем он перевел взгляд на своего кузена и облегченно вздохнул. Еще не перестала звучать песня, когда доктор оказался в кругу дорогих ему людей. Они допели песню до конца, и потом госпожа Замойская обратилась ко всем собравшимся:

— Подойдите поближе, друзья! Доктор Тихий сейчас что-то расскажет нам из Слова Божьего, не так ли?

— Охотно, дорогая баронесса!

И на террасе зазвучал мягкий голос доктора: «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте. В доме Отца Моего обителей много» Ин. 14:1,2. Об этих обителях, об этой чудной Небесной родине он говорил с такой верой, что в сердцах слушателей пробудилась тоска по ней. Затем он говорил о непостижимой любви, которая там, в Небесах, готовит родину для спасенных душ. Особенно он выделил слова: «Приду опять». Он описывал Грядущего с такой любовью, как это может делать лишь следующий за Иисусом и хорошо знающий Его человек. «Чтобы вы были там, где Я», — это звучало триумфом победителей, победивших кровью Агнца! (В книге Откровение говорится о том, что верующие победили дьявола кровью Агнца, то есть Христа, и словом своего свидетельства (См. Отк. 12:11). — Прим. ред.)

«Примите Христа для освящения, и вы примете Святого Духа», — недавно говорила Михаилу баронесса Замойская. Теперь Христос через Слово Божье так приблизился к нему, что Михаил не мог не распахнуть перед Ним свое сердце. Христос вошел в него, и слава Господня наполнила сердце Михаила.

Он первым упал на колени, когда призвали к молитве. С другого берега Дуная донесся вечерний звон колоколов. Ветер шумел в кронах деревьев. Акации сыпали свою золотую листву к ногам Того, Кто пришел, чтобы вечно жить со своими.

— Я благодарю вас, дорогой доктор, — сказала баронесса, — вы указали нам путь домой.

— Это путь, по которому я иду, дорогие мои. Мне кажется, что я уже недолго буду здесь. Поэтому позвольте поблагодарить вас, дорогая баронесса, за то, что вы вывели меня на путь истины. Через вас Господь много трудился надо мною. А недостающее Он Сам покроет Своей благодатью.

Можно представить себе, под каким впечатлением находились все после таких слов. На вопрос отца, как он себя чувствует, Дюро только улыбнулся:

— Не хуже обычного. Разве мои слова были для вас неожиданными? Ведь это чудо Господне, что я так долго прожил. Когда я приехал сюда, я думал, что не протяну и двух лет, и вот сколько Господь мне добавил.

— Он и теперь может добавить, если мы попросим Его, — проговорила Руфь.

— Да, если на то будет Его воля. Когда Михаил и дядя Тихий пошли домой,

Ольга с Дюро вызвались их проводить.

— Сынок дорогой, возвращайся обратно, — попросил отец, — тебе трудно много ходить.

— По дороге намного легче, отец. Я лишь немного провожу вас.

— Тогда, может быть, зайдешь к нам? — спросил Михаил.

— В другой раз, — сказала Ольга, — Дюро лучше всего находиться в своей комнате.

— Ты права. Но вот мы и пришли. Не забудьте: «Живем ли — для Господа живем, умираем ли — для Господа умираем» Рим.14:8.

— Дюро, друг! — воскликнул Михаил, крепко обняв брата. — Только что баронесса благодарила тебя, теперь и я должен тебя поблагодарить. Наконец я полностью принадлежу Господу и по-настоящему принял Христа. Теперь я с вами, и Он всегда со мной. И ты, дорогой брат, помог мне прийти к Иисусу. Я от всего сердца благодарю тебя за это!

— Слава Богу! — воскликнул Дюро. — Большей радости ты не мог мне доставить! Да благословит тебя Господь Иисус!

Они обнялись со слезами радости на глазах.

— Ольга, теперь мы наконец полностью поймем друг друга, — проговорил Михаил, обратившись к жене.

— Да, Михаил! — радостно ответила она.

Через несколько минут два верных друга, Дюро и Ольга, остались одни, и Дюро, улыбнувшись, спросил:

— Ольга, ты узнаешь это место?

— Еще бы! Там стоит разбитое молнией дерево, где много лет назад сидело несчастное брошенное создание. Я была, как замерзающая птичка. А там стоял добрый ангел, пришедший, чтобы ее согреть.

— А там, Ольга, стоял добрый Пастырь, искавший двух пропавших овечек.

— Дюро, как мне тебя благодарить?!

— Ты благодаришь меня всю жизнь, дорогая Ольга. Но именно благодаря тебе моя одинокая жизнь обрела красоту и смысл. Да вознаградит тебя Господь! Однако позволь мне задать один вопрос: ты только как сестра во Христе рада, что Михаил по-настоящему принял Иисуса, или же рада и как его жена?

Доктор испытующе посмотрел на Ольгу, и она поняла, что он готов защитить друга.

— Знаешь, Дюро, это уже не тот Михаил, — ответила она и спрятала лицо в свои ладони.

— Я знаю, это новый Михаил. Ты все ему простила?

— Да, в тот же миг, когда он попросил об этом. Поверь мне, между нами уже нет пропасти.

— И если он тебя попросит навсегда остаться с ним, ты согласишься?

— Я его люблю, — прошептала она едва слышно.

— Слава Богу!

Молча, в глубоком раздумье, они шли к дому. Осенний лес расстилал перед ними свой огненный ковер. В Орлице они сначала зашли в аптеку, где Дюро выписал несколько рецептов. В последнее время Ольга провожала его до дверей комнаты, но сегодня она решила зайти к нему, чтобы проверить, все ли в порядке. Дюро стоял у окна, скрестив на груди руки, с улыбкой наблюдал за Ольгой и с благодарностью вспоминал все годы ее служения. Благодаря ей все это время он чувствовал себя хорошо.

Ольга пожелала ему спокойной ночи и, ненадолго задержавшись в дверях, посмотрела на него. «Сколько в нем любви, — подумала она, — он весь светится ею. Он уже, наверное, ближе к Небу, чем к земле». Чувство глубокой признательности и сестринской любви переполнило ее сердце, и она обняла его:

— Спокойной ночи, Дюро, и спасибо тебе за все, — прошептала она, пожав его руку.

— Доброй ночи, Ольга, дорогая сестра! Да благословит тебя Господь с избытком.