детская писательница

Глава 6

Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою.(Пс. 31:8)

На следующий день, проснувшись пораньше, Тип сразу же принялся читать Библию.
«Господин Гольбрук говорил, что мне нужно каждый день обращаться к моему светильнику и учиться пользоваться им, — рассуждал он. — Только бы Иисус помог мне… Я так хочу быть похожим на Него!.. » Перелистнув несколько страниц, Тип прочитал:
— «Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою». О, это как раз то, что мне нужно! — обрадовался он. — Бог будет наставлять меня и вести по правильному пути… Попробую выучить эти чудесные слова!»
Тип много раз повторял понравившийся ему стих, однако выучить его оказалось не так легко, как он думал. Между тем, Дух Святой, который уже поселился в его сердце, подсказал ему; «Попроси Господа помочь тебе!» Тип тотчас встал на колени и высказал Богу свою нужду. Прочитав еще несколько раз этот стих, он закрыл книгу и спустился в кухню. Здесь он увидел Марию, с явным нетерпением разводившую огонь.
— Что с тобой? — видя ее раздраженное состояние, спросил Тип.
— Тебе какое дело? — ответила та и колко прибавила: — Это неслыханное событие — ты так рано встал!
Ответа не последовало. От удивления Мария даже приподняла голову.
— Я не знаю, почему эти дрова не хотят гореть! — продолжала она возмущаться. — Они, кажется, сырые! Да что за наказание! И еще, вдобавок, мать больна. Говорит, что не может встать, значит, мне нужно заварить чай Для отца! Но мне кажется, что чай будет готов только к обеду!
Марии было лишь двенадцать лет. Но, как это часто случается с детьми, рано предоставленными самим себе, она была похожа на старушку — так привыкла ворчать, спорить, браниться при всяком удобном случае.
Тип слушал Марию с тайным страхом. «Можно ли в таком Доме, как наш, начать новую жизнь?» — подумал он, но тотчас же решительно подошел к сестре.
— Дай- ка, я попробую развести огонь! Сейчас увидишь, как я умею! Налей в чайник воды, через десять минут чай будет готов! Только не шуми, чтобы не разбудить отца!
Мария не верила своим ушам. Между тем, по- своему уложив дрова в печке, Тип зажег бумажки и щепки. В одну минуту веселое, яркое пламя охватило всю охапку.
Удивлению Марии не было границ. Неужели это Тип? Обычно такой ленивый и дерзкий, он ловко справился с делом, которое казалось ей очень трудным.
По правде сказать, Тип и сам себя не узнавал. Он испытывал какое- то новое и странное чувство. До сих пор он вел совершенно эгоистичную жизнь, а сегодня с удовольствием помог сестренке. Этот первый шаг дал ему желание продолжать начатое дело.
— Вот и огонь разведен! — весело сказал он. — Теперь давай приготовим завтрак для отца с матерью! Ты ведь умеешь поджаривать хлеб?
— А ты что, сомневаешься? — резко ответила Мария. — Я достаточно жгла себе лицо и руки, чтобы научиться! И ты умел бы, если бы почаще это делал!
— Ну так поджарь два ломтика для родителей, а я приготовлю две чашки чаю. Право, мы с тобой совсем неплохие повара!
— Особенно ты! — презрительно съязвила Мария. Бедная девочка!
Хорошее расположение духа было так незнакомо ей, что редко приходилось отвечать кому- либо без колкостей. Все же удивительная расторопность Типа невольно подействовала и на нее. Она отрезала два ровных куска хлеба, чтобы пожарить их на угольях. Между тем Тип открыл шкаф настоящий склад грязной посуды — и стал тщательно мыть и вытирать две чашки.
— Ты, кажется, помешался на чистоте! — с иронией заметила Мария.
— Да, да! — весело ответил Тип. — Я хочу попробовать эту, неизвестную нам, прелесть! Интересно посмотреть, на что все это станет похожим, когда станет чисто.
Наконец завтрак был готов. Поставив на поднос чай и чистую тарелку с хлебом, брат с сестрой отправились к родителям. И вдруг они услышали слабый голос отца:
— Зачем ты встаешь? У тебя ведь так сильно болит голова! Полежи еще немного…
— Зачем встаю? Да как же мне лежать, когда дети встали?! Я удивляюсь, как только крыша цела над нами. Ведь их и на пять минут нельзя оставить вдвоем!
В другой раз Мария, наверное, рассердилась бы, теперь же все внимание ее было обращено на то, чтобы не разлить чай на поджаренный хлеб, и она сделала вид, что не слышит замечания матери.
Тип с гордостью открыл дверь и заявил:
— Не вставай, мама! Мы несем тебе чай. Выпей, и тебе станет легче!
Госпожа Леви широко открытыми глазами смотрела то на поднос, то на детей и наконец выговорила:
— Кто же все это приготовил?
— Мария и я! — ответил Тип, сияя от радости.
— Ну, уж этого я от вас не ожидала! — призналась мать, и на ее измученном лице промелькнула улыбка.
Дети вернулись на кухню. Мария никак не могла понять, что же случилось с Типом. Он взял топор и вступил в ожесточенную борьбу с сучковатыми чурками, лежащими за плитой. Через полчаса он наполнил дровяной ящик ровными и аккуратно сложенными поленьями. Подчиняясь влиянию довольно странного поведения брата, Мария перемыла всю посуду и даже подмела пол.
Тип на всю свою жизнь запомнил это утро, проведенное в труде — оно ознаменовало его вступление в новую жизнь.
Однако это не значило, что борьба кончилась и Типу стало легко.
Через некоторое время он понял, что сатана не отказывается от своей жертвы даже после первого поражения.