детская писательница

Глава 4

Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас…
(Матф. 11:28)

Прошло несколько дней. В виде особого исключения, на кухне семейства Леви царил полный порядок: чисто выметен пол, тщательно вытерта пыль. Штора на окне была опущена, а из углов куда- то исчез ненужный хлам. Было как- то необычно тихо.
Причиной всему этому был небольшой гробик, стоявший на столе. В нем лежал маленький братик Типа. Кто- то вложил в его ручку полу распустившуюся розу, и мертвый малютка был похож на спящего…
Мария, задумчиво глядя вдаль, сидела на пороге. Еще рано утром она аккуратно заштопала свое единственное платье, умылась и гладко причесалась. Теперь она предалась горестным воспоминаниям о том, как мало любви и внимания проявляла она к своему маленькому брату. Как часто она делала вид, что не слышит его жалобного плача и, вместо того, чтобы утешить и успокоить его, ворчала и нервничала. О, если бы жил этот малыш, она никогда, никогда больше не поступила бы так! Да, она качала бы и носила его на руках. Но теперь уже поздно…
У окна, в единственном кресле, сидел господин Леви, пристально глядя в одну точку. Во всей его фигуре было видно глубокое страдание — физическое и душевное, доходившее до отчаяния.
Несколько соседок принесли стулья, осторожно поставили их около стола. Из соседней комнаты появился Тип и медленно подошел к гробику. Он искренне любил младшего братишку и тоже сильно скорбел о его смерти. Правда, его любовь к малютке не выражалась ничем особенным, но он мог смело сказать, что всегда был ласков с ним, тогда как Мария не могла себя этим утешить.
Один за другим приходили соседи, и вскоре маленькая кухня наполнилась людьми, шепотом разговаривающими между собой. Из соседней комнаты вышла госпожа Леви и, чтобы скрыть заплаканное лицо, села за креслом мужа, в самом темном углу. Когда все собрались, господин Гольбрук встал и начал читать Библию.
Услышав его голос, Тип поднял голову и прислушался. Пастор читал следующее; — «И увидел я мертвых, малых, и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах… И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное». И еще один стих: «И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло».
Прочитав текст Евангелия, пастор обратился к родственникам умершего малютки и всем собравшимся.
— Блаженна участь тех, кто омывшись в крови Иисуса Христа, принадлежит Ему и занесен в списки спасенных. Записаны ли ваши имена в книгу жизни? Здесь написано, что Сам Бог отрет всякую слезу с их очей, и они никогда уже не будут ни плакать, ни болеть. В небесных чертогах Бога Отца есть место и для вас! Отдайте Ему свои сердца, вручите свою жизнь в Его крепкие, надежные руки, и Он узким путем приведет вас в жизнь вечную.
С того дня, как Тип услышал в воскресной школе о небесном городе, Царь которого — Иисус Христос, он искренне захотел войти туда. Сатана же вел против Типа ожесточенную войну и твердил, что он всего- навсего бедный, уличный мальчишка, невежественный и всеми покинутый, неспособный на что- либо хорошее. Дьявол всячески старался внушить ему, что не стоит даже пробовать исправиться.
Тип не знал, что эти мысли были от сатаны. Не знал также, что это голос Спасителя тихо звучал в его сердце: «Не унывай! Другие мальчишки гораздо хуже тебя, но они, впустив Меня в свое сердечко, все же изменились. Вспомни историю с Генрихом! Впусти только Меня в свое сердце, и тогда будешь счастливым! Я уже приготовил для тебя прекрасную обитель и жду тебя!»
Тип внимательно слушал пастора, и желание, недавно зародившееся в его сердце, росло с каждой минутой.
— Я хочу перемениться, — говорил он себе, — и начну сегодня же!
После проповеди и молитвы все подошли последний раз проститься с малышом. Затем гробик вынесли на улицу, и скромная процессия направилась на кладбище. Здесь над открытой могилкой склонялись большие травы, в ветвях старых ив пели птицы.
Предав земле тело маленького мальчика, люди стали расходиться.
Отец и мать, горько вздыхая, тоже отправились домой, захватив с собой Марию. А Типу никак не хотелось уходить. Господин Гольбрук, положив руку ему на плечо, сказал на прощанье:
— Ты можешь увидеть своего братишку, если захочешь!..
Тип поднял глаза, но тотчас опустил их. Ему очень хотелось спросить: «Что мне делать, чтобы встретиться с ним?» — но от волнения у него перехватило горло, и он не издал ни одного звука.
— Да благословит тебя Господь! Следуй за Ним, и Он приведет тебя в ту чудесную страну, — прибавил пастор и удалился.
А Тип направился в ближайший лес побродить. Когда он вернулся к могилке, там уже никого не было. Мысленно он старался представить себе брата не здесь под землей, а в той прекрасной стране, куда ему самому так сильно хотелось попасть.
В своей короткой жизни Типу часто приходилось слышать молитвы, особенно в воскресной школе. Мальчик имел довольно ясное понятие о Боге и знал, что желающие попасть на небо должны обратиться за помощью к Богу. Но услышит ли Иисус его, Типа Леви? Он в нерешительности постоял, бросил быстрый взгляд вокруг. Видя, что около него никого нет, кроме брата под землей и Бога, видящего его с небес, он встал на колени и дрожащим голосом начал молиться:
— Отче наш, Сущий на небесах, да святится имя Твое, да придет Царствие Твое…
Тип остановился. Слова эти были не вполне понятны ему и не соответствовали его состоянию. Помолчав не много, он продолжал так:
— О Иисус! Я хотел бы…
Тут произошла новая остановка. Как выразить свое желание?
— Я хочу быть лучше… я плохой, непослушный, но мне очень хочется быть добрым и любить Тебя… Прости меня за то, что я так много обманывал, ругался, воровал и дрался… Научи меня, что нужно делать, Иисус… Я хочу быть на небе, у Тебя, вместе с моим братом. Аминь.
Тип встал. Совсем другой казалась ему теперь могилка, скрывавшая в себе малютку; голубое небо, с высоты которого любящий Бог услышал его молитву, было иным.
Да, Тип впустил Иисуса в свое сердце, разрешил Ему переменить его жизнь. А Господь бережно взял его в Свои руки, чтобы прямым и верным путем ввести в вечное жилище, где будут все, омытые Кровью Спасителя и согласившиеся идти вслед за Ним во что бы то ни стало.