детская писательница

Победа

Бытие 39:1-20
Подобно тому как чистое, освещенное солнцем озеро иногда бывает расположено рядом с топким болотом, так в этой книге соседствуют тридцать восьмая и тридцать девятая главы. В первой представлены дела человека, живущего без Бога, во второй — плоды жизни с Богом.
На берегах Нила, священной реки египтян, раскинулся прекрасный город. Над ним простирается безоблачное южное небо. Знойные лучи солнца, отражаясь от высоких пирамид, освещают сады на крышах, роскошные дворцы и дома с белыми мраморными колоннами. Крупные розовые и красные цветы рдеют на ощетинившихся колючками кактусах. Но тот, кто пожелает к ним прикоснуться, может смертельно уколоться.
Представим себе безоблачное летнее утро и мысленно войдем в один из дворцов на берег Нила. Заглянем в зал, мозаичные полы которого покрыты роскошными коврами. С колонн ниспадают тонкие муслиновые занавеси. Среди цветущего мирта, ароматных апельсиновых деревьев, огненно-красных цветов граната и душистых тубероз расставлены мраморные скамьи для отдыха, покрытые коврами. Роскошь этого зала в восточном стиле нам показалась бы сказочной. Но это не сказка, потому что когда-то Египет славился своим богатством и великолепием. Жизнь в нем была блистательной и пышной. Современному человеку даже трудно ее представить.
По лестнице, ведущей в зал, больше напоминающий сад, поднимается молодой человек. У него красивое, умиротворенное лицо и слегка мечтательный взгляд. Он высок и статен длинная белая одежда и пестрая накидка подчеркивают стройность его фигуры. Здесь, в блеске и роскоши Египта, мы вновь встречаемся с нашим Иосифом! Но как он изменился с тех пор, как мы с ним расстались!
Поднявшись наверх, молодой человек остановился, посмотрел на небо и, сложив молитвенно руки и опустив голову, погрузился в раздумье. Он вспоминал дни своего счастливого детства, родину, отцовскую палатку, любимого отца. Припомнил тот ужасный миг, когда его лишили всего этого. Но он утешался чудным укреплением своего доверия Богу. Иосиф не отступал от Него ни на шаг, и Бог ему был верен. С Божьей помощью Иосиф преодолел свое горе. Когда его посылали работать, он справлялся с самой непривычной для него работой. Очень скоро господин Иосифа понял, какое сокровище он приобрел в лице этого иудейского юноши, и стал обращаться с ним уже не как с рабом. Иосифу дали приличную одежду, он стал управителем в доме своего повелителя и так верно и хорошо вел хозяйство, что оно приносило господину немалые доходы. Потифар стал доверять Иосифу как собственному сыну. Он был рад иметь такого верного слугу, так как его высокое служебное положение и должность начальника телохранителей фараона ежедневно вынуждали его оставлять свой дом. Часто, вернувшись домой, он вызывал к себе Иосифа и долго беседовал с ним, охотно принимая его доброжелательные и разумные предложения по управлению домом.
Случалось, что Иосиф обращал внимание господина на неблаговидные поступки слуг, как это делал в доме отца. Так Потифар узнал о взглядах Иосифа на грех и о его незыблемом доверии Богу. За это господин стал уважать своего слугу, хотя Иосиф был еще юношей, а Потифар — уже в годах.
Обо всем этом думал Иосиф, стоя на террасе, и благодарил Бога за то, что несколько лет назад Он привел его в этот дом.
Но во время молитвы лицо Иосифа вдруг омрачилост Он вспомнил об одном мучитель¬ном и неприятном для него обстоятельстве — нескрываемом интересе к нему госпожи. У Потифара была красивая молодая жена, которую тот очень любил и полностью ей доверял.
Она появилась в доме Потифара несколькими годами позже Иосифа, и он был дан ей в услужение. Увидев Иосифа, молодая женщина уже не могла забыть красоты его бездонных глаз. Навязчивые мысли преследовали ее и во сне, и наяву. Жизнь среди роскоши и удовольствий быстро наскучила жене Потифара, и ей захотелось немного поболтать с красивым и воспитанным слугой мужа. Чтобы скоротать время, Иосиф стал рассказывать ей о том, что наполняло его сердце: о стране его предков, об отце, о счастливом детстве и о том, как он попал сюда. Рассказывая об этом, Иосиф не подозревал, что такое близкое общение разжигает в сердце госпожи огонь страсти.
Их беседы продолжались. Но огонь долго скрывать невозможно. Рано или поздно он вырывается наружу — и тайное становится явным. Сначала Иосиф ни о чем не догадывался, хотя страстные слова госпожи удручали его. Но однажды произошло то, о чем ему было стыдно вспоминать. Госпожа призналась ему в горячей любви и стала умолять о взаимности. Как описать весь ужас молодого человека?! Он вспомнил господина, который бесконечно доверял им обоим. Что и как ответить госпоже, до сих пор столь уважаемой? В первый раз он ничего не ответил, но подобные сцены стали повторяться все чаще и сделались мучительными для них обоих!
Положение несчастного молодого человека с каждым днем становилось все ужаснее. Напрасно он напоминал бесчестной женщине о супружеском долге, напрасно убеждал, что не может бесстыдным образом злоупотребить доверием своего господина, напрасно уверял госпожу, что ее желания греховны не только перед добрым супругом, но прежде всего — перед великим святым Богом, поэтому он,
Иосиф, никогда не согласится на это. Все слова были напрасны, и, чем больше стойкости он проявлял, тем больше она жаждала удовлетворения своего страстного желания. Она продолжала добиваться Иосифа еще и потому, что сознавала, как унизилась перед своим рабом, как теперь будет им презираема, а он в своей чис¬тоте возвысится над нею.
Какой человек, засасываемый в болото греха, не пытался увлечь за собой и других?! Эта женщина сначала в своем сердце изменила мужу. Теперь она хотела, чтоб и Иосиф его обманул и они оба стали бы перед ним виновны.
Какие страдания испытывал молодой человек! Только теперь он понял, что он раб, подвергнутый ужасному искушению. И рядом с ним не было человека, с которым можно было посоветоваться. Если бы на месте госпожи была рабыня, Иосиф попросил бы своего господина продать либо ее, либо его, чтобы не оставаться с ней под одной крышей. Но как он мог нанести удар в самое сердце повелителя, который всегда хорошо к нему относился? Это было невозможно! Иосиф решил бороться с искушением, терпеть и молчать.
И сейчас, стоя на террасе, он с тоской смотрел в небо, прося у Бога помощи в этой борьбе. Лучше, казалось ему, умереть, чем согрешить. Он готов был все вынести, лишь бы не причинить страданий господину.
Отдав распоряжения слугам, Иосиф отправился в роскошные покои госпожи, чтобы по-лучить от нее приказания. Опустив глаза, он стоял перед ней, сосредоточенный и неприступный. Он ждал нового наступления, стараясь сдержать внутренний трепет. Этот сильный мужчина задрожал после первых слов, сказанных слабой, изнеженной женщиной.
— Иосиф, Иосиф! — услышал он печальный укор, прозвучавший как самая трогатель¬ная просьба. Он поднял глаза и увидел красивое лицо госпожи, ее прекрасное манящее тело. Кто сумеет описать обольстительную красоту любящей и жаждущей любви женщины! Сердце замирало в груди молодого человека, его жег огонь желания. Выйдет ли он из этого пламени чистым, как золото? Или огонь страсти сожжет его? В этот миг нежные руки женщины обвились вокруг его шеи, ее теплое дыхание коснулось его лица. Ее губы, шепчущие слова признания, будоражили кровь. Он был молод! Он был рабом, но все, что в мире считается наивысшим счастьем, ему предлагалось даром. Короткое «да» могло подарить ему мгновения наивысшего счас¬тья. Иосиф был не ангел, а человек, но он выдержал трудную внутреннюю борьбу и одержал победу над обольщением, взывая к Богу своих отцов и думая о суде над Содомом. С ужасом он оттолкнул эту прелестную, но грешную женщину, отбросил ее, как ядовитую змею, и бежал прочь от нее, оставив у нее в руках пеструю накидку.
В своей комнате Иосиф упал на колени, благодаря Бога за помощь в столь тяжкий час. Однако он не знал, что пока он благодарит Господа за сохранение своей невинности, люди предают ее поруганию. Женщина, любовью которой он пренебрег, отомстила ему по-своему. Чтобы скрыть от всех свою вину, она подняла крик на весь дом и рассказала слугам о низком поступке Иосифа — якобы юноша покушался на ее честь. Слуги, которые завидовали высокому положению Иосифа в доме и любви к нему господина, с радостью поверили ей и со злорадным чувством ожидали возвращения Потифара. Иосиф тоже ждал возвращения своего повелителя. Он не знал, что его ждет, но в глубине души надеялся, что все образуется и жена Потифара сама будет настаивать на том, чтобы муж продал его.
Наконец хозяин дома вернулся. Иосиф был чист перед ним, и сердце юноши забилось от счастья, оттого что он открыто и честно может взглянуть ему в лицо! Как всегда, Потифар велел позвать к себе Иосифа, расспросил о делах и сделал свои распоряжения. Затем он отправился к жене, а Иосиф принялся за работу.
Что чувствовал несчастный молодой человек в эти минуты? Недоброе предчувствие овладело им. Он знал, что Потифар сейчас позовет его — так оно и случилось. Вскоре могущественный египетский вельможа и его бедный раб стояли друг перед другом. Хозяин был убежден, что раб позорно обманул его доверие, а тот не находил слов в свое оправдание. Как Иосиф мог доказывать свою невиновность, если ему предъявили накидку как неопровержимое доказательство его вины? Кто бы ему поверил? Вся прислуга подтвердила слова госпожи. И если Иосиф не хотел посеять в сердце Потифара ядовитое семя недоверия к любимой жене, ему ничего другого не оставалось, как молча страдать.
Разгневанный господин обошелся с Иосифом так, как обходился с другими провинив-шимися рабами. Слуги, злорадствуя, увели любимца Потифара, сорвали с него одежду и жестоко высекли. Но сильнее ударов плети Иосифа жгла мысль о том, что господин считал его бессовестным обманщиком и обольстителем, а у него не было возможности перед ним оправдаться.