детская писательница

Глава 8

В глубокой задумчивости шёл Михель по лесу, как вдруг услышал неподалёку голоса.
— Поверь мне, Анна, я сбился с пути. Я люблю тебя так, что иногда нет сил это вынести, всюду только о тебе и думаю. Но и о нём тоже…
Михель узнал голос говорившего.
— А зачем тебе о нём думать? — перебил женский голос. — Он ведь ничего не замечает, я слежу за этим, и счастлив, когда я с ним.
— Вот это-то меня и мучает. Мы любим друг друга, но ты никогда не станешь моей женой.
— Ну чего тебе ещё нужно, Йозеф?
— Мне нужна вся ты, и чтобы ты была только моей. Ты должна принадлежать мне перед Богом и людьми. Если бы ты была моей женой и изменила мне, я бы убил вас обоих.
— Ты боишься его? — рассмеялась женщина.
— Конечно, нет! Но мне не по себе всякий раз, когда он со мной заговаривает. Лучше бы он мне пощёчину давал. Что толку, что мы любим друг друга, если ты не можешь быть моей?
Женщина едва слышно ответила что-то, от чего молодой Мурани побледнел. Голоса приближались. В нескольких шагах от Михеля, скрытого деревьями, Анна и Йозеф разошлись. Не оглядываясь, с поникшей головой Йозеф пошёл в сторону села. Анна углубилась в лес, чтобы выйти на другую дорогу.
Михель догнал Йозефа, они поздоровались.
— Когда вы распилите нам то, что осталось? — спросил Йозеф.
— Скоро. Только не расходуйте все доски, отложите две.
— Зачем?
— Чтобы защитить ими счастье вашего брата, может быть, и его жизнь и приблизить ваше вечное спасение.
Йозеф вздрогнул.
— Что это за шутки? — резко спросил он. |
— Это не шутки. Разве вы не помните шестую и десятую заповеди?
— Вы слышали нас?! — Йозеф отшатнулся, но потом почти вплотную подошёл к Михелю. — Если вы выдадите нас…
— Выдам? Кому? Вашему бедному брату? Думаете, я смог бы сказать ему: «Твоя жена, которой ты отдал своё сердце, и твой брат, которого ты любишь, предают тебя»? Вы сами сказали, что, если бы это случилось с вами, вы бы убили обоих. Мартин Лани никого бы не убил, такая весть убила бы его самого. Я ничего не скажу ему. Но вы должны знать, что Бог всё видит и слышит. Вы стоите перед пропастью. Остановитесь, пока не поздно!
— У меня нет сил! — простонал Йозеф, закрыв лицо руками.
— Я знаю, грех поглотил вас. Но для того и пришёл Сын Божий, чтобы разрушить дела дьявола. Просите у Него помощи, Он услышит вас и поможет!
— Я покончу с этим, поверьте мне! — прошептал Йозеф. — Спасибо, что предостерегли меня.
Надвинув шляпу на глаза, Йозеф зашагал в сторону села. Он уже не расслышал слов:
«Хочешь своими силами спастись от греха, несчастный! «
Тем временем, радостная, Анна спешила к дому матери. По дороге она встретила Еву.
— Ну как, Ева, ты уже не горюешь? — спросила она безучастно.
— Я никогда не забуду доченьку. Но Господь вернёт мне её, когда и меня возьмёт к Себе.
— Ты так уверена, что будешь у Него? Кто может это знать? — насмешливо проговорила Анна.
— Я знаю, что Бог любит меня, — тихо сказала Ева.
— Тебя?! — Анна засмеялась. — Да как Богу любить тебя? Родная мать не заботилась о тебе, Томас тебя видеть не может, наша мать рада, когда тебя нет рядом. И ты утверждаешь, что Бог тебя любит?
— Не моя вина, что люди меня не любят. Но Бог любит. Я знаю, что ничем этого не заслужила, но я Ему верю. Ведь Он так сказал.
Анна всё больше горячилась:
— Интересно знать, когда же ты разговаривала с Богом?
— У меня есть Его Священное Слово, — ответила Ева, краснея. — У вас ведь оно тоже есть. Там написано: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин.3: 16).
— И поэтому ты утверждаешь, что Бог тебя любит?
— Он отдал за меня самое дорогое, что у Него было, — Своего Сына! Иисус Христос умер за меня на кресте! Как же мне не верить, что Он любит меня?
Уже без страха смотрела Ева на Анну.
— Разве только за тебя Бог отдал Своего Сына?
— Он и за тебя отдал Его, и за твои грехи…
Анна схватила Еву за руку:
— Какое тебе дело до моих грехов? Как ты можешь это говорить? Меня все любят, и родные, и соседи — все! Ни от кого ты обо мне плохого не услышишь. А о тебе, святой, никто и доброго слова не скажет, кроме глупого Георга!..
«Чем я её так огорчила?» — недоумевала Ева. Взбешённая Анна уже далеко ушла вперёд. «Почему она презирает меня? И почему меня никто не любит?..» — Ева вновь почувствовала холод в сердце. «Томас тебя видеть не может! « — всё слышался ей голос Анны. Эти слова причиняли ей особую боль. Муж не может её видеть! Ева горько заплакала.
«Да ведь он и сам сказал это в саду… А что если и Господь не любит меня, недостойную?» Ева посмотрела на небо. «Нет, Он не может меня обмануть. Разве не за меня умер Христос на кресте? Разве не был Он тогда таким же одиноким?»
Ева вытерла слёзы. Нужно было спешить.
— Где ты пропадала? За смертью тебя посылать! — накинулась на неё свекровь.
— Не ругайте её, матушка, — сказала с усмешкой Анна. — Ева раздумывала над тем, кто её любит…
Как-то странно посмотрел Томас на жену, услышав слова сестры. Но тут его позвали на мельницу, в этот день было много работы.
— «Кто её любит…» — всё слышалось ему в шуме мельницы. Что Анна хотела этим сказать?
Освободившись, Томас позвал Еву.
— О чём ты думала по дороге домой?
Ева печально посмотрела на мужа, но страха в её глазах не было.
— О разном я думала, Томас. Я сказала Анне, что Бог меня любит, и она теперь смеётся надо мной. Она не поверила, ведь никто меня не любит.
Ещё тяжелее стало на душе у молодого мельника, хотя опасения его развеялись.
— Анна болтлива, не слушай её. Впервые Томас отозвался нелестно о сестре. Кто-то зашёл на мельницу, и разговор прервался.
Между тем мельничиха жаловалась дочери, показывая больных коров:
— Я уже всё перепробовала, если и эти травы не помогут, придётся пойти к гадалке. Не иначе, как кто-то сглазил коров.
— Отправь кого-нибудь к гадалке, да поскорее, — посоветовала Анна. — Хочешь, я схожу? Лучше, если молодой за это берётся.
— Что верно, то верно. Сходи, если не трудно.
— Завтра же пойду. Как раз полнолуние. Обрадованная, мельничиха проводила дочь. Вернувшись домой, Анна рассказала мужу о беде, приключившейся на мельнице, и о том, что пообещала сходить в Цитково за гадалкой.
— Мать пришлёт Еву присмотреть за хозяйством.
Мартин не возражал, заметил только, что путь в Цитково не близкий.
— Завтра утром Йозеф поедет в лес. Он подвезёт тебя.
Анна с радостью согласилась и принялась готовиться к поездке.
На следующее утро Мартин проводил жену и брата до леса и долго смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду.