детская писательница

До свидания

Пребывание провизора в Дубравке не прошло бесследно для жителей трёх домов, расположенных вблизи мельницы.
— Работа у нас всегда была, есть и будет, — сказал Хратский после ухода Степана и провизора, а господин Урсини не так часто бывает у нас. Оставьте всё, пойдём домой!
По пути Хратские зашли на луг Блашко и известили их о приходе провизора. Блашко тоже тотчас согласился оставить работу.
— Всю работу не переделаешь и до самой смерти,
— сказал он, — к чему лезть из кожи и торопиться, пропуская при этом нечто лучшее и душеполезное? Скоро комната Хратского оказалась набита народом. Все хотели увидеть и послушать дорогого гостя. Пришёл и Пётр с инженером и матерью. Петран и Сузка Петровички, работавшие на лугу с Блашко, также присоединились к остальным.
Урсини говорил о том, что однажды все дети Божии из всех стран соберутся в Отчий дом. «Отворите ворота; да войдёт народ праведный, хранящий истину. Твёрдого духом Ты хранишь в совершенном мире; ибо на Тебя уповает он. Уповайте на Господа вовеки, ибо Господь Бог есть твердыня вечная» (Ис. 26, 2-4). «Господи! рука Твоя была высоко поднята, но они не видали её; увидят и устыдятся ненавидящие народ Твой; огонь пожрёт врагов Твоих. Господи! Ты даруешь нам мир; ибо и все дела наши Ты устрояешь для нас» (Ис. 26, 11-12).
На основании прочитанного Урсини объяснил разницу, существующую между душами, принадлежащими к народу Божиему, и душами, не принадлежащими Ему. Далее он отметил, как различны пути и цели этих двух категорий людей. Верующий человек пребывает в мире и покое среди любых скорбей.
Только праведному народу открыт доступ в небесный Иерусалим. Урсини просил верующих неустанно молиться, изучать Слово Божие, соблюдать путь правды и любви. Надо вести такую жизнь, чтобы когда придёт Господь, оказаться в числе избранных, признанных верными Самим Господом.
«Всё, что посылает Господь детям Своим, — продолжал Урсини, — к лучшему. Как если бы им пришлось идти через пустыню и глубокие воды, этот путь сквозь скорби и испытания ведёт в Обетованную Землю. Тех присутствующих, которые ещё не сделали этот решительный шаг, прошу сделать его ещё сегодня, чтобы навсегда примкнуть к народу Божию и идти под знаменем креста в Небесный Ханаан. «И возвратятся избавленные Господом, придут на Сион с радостным восклицанием; и радость вечная будет над головою их; они найдут радость и веселие, а печаль и воздыхание удалятся» (Ис. 35, 10).
После проповеди все склонились для молитвы.
После неё Степан сообщил всем свои новые планы, сказав, что Господь исполнил желание его сердца, дав ему возможность отдать себя служению в винограднике Господнем. Эта весть была встречена всеобщим удивлением. О намерении инженера относительно Петра было уже некоторым известно. Узнав это, мать Степана не могла побороть в себе чувства зависти: ей казалось, что не Петру, а её сыну следовало бы поступить в училище. Поэтому она с особенным удовольствием выслушала сообщение Степана.
— Мы тебе не будем препятствовать, Степанко, — сказала она, когда Степан смиренно попросил родительского согласия и благословения на свой новый путь. Отец в знак согласия молча подал ему руку. Все радовались удаче Петра и Степана.
— Но как же мы будем жить без тебя, Степанко!
Кто будет нам указывать путь истины? — слышались голоса.
— До осени вы ещё многому успеете у него научиться,
— — сказал Блашко. Пути Божии всегда направлены к нашему благу.
Одна Марьюшка не сказала ни слова. Вечером молодые люди пошли к мельнице.
— Я знаю, Степан, что Бог тебя одарил богато, — начала Марьюшка дрожащим голосом. — Я так благодарна Господу, что Он зовёт тебя в Свой виноградник. Мир так велик и так мало знаком с истиной Божией! Мы будем просить Господа, чтобы Он до избытка исполнил тебя Духом Своим.
Степан был несказанно рад услышать это. В Марьюшке он по-прежнему имел верного друга. Перед уходом Степана на военную службу Марьюшка также ободрила его добрым словом. Сейчас он даже не спрашивал её, согласна ли она ждать его возвращения; она со своей стороны также не спросила его. Благодаря своей любви они полностью доверяли друг другу.
— Если когда-нибудь тревога обо мне закрадется в твоё сердце, Марьюшка, — — говорил ей Степан. — думай о том, что Иисус Христос уже давно жаждет ввести в Свой брачный чертог Свою Невесту; но сбудется это лишь тогда, когда Им будет найдена последняя заблудшая овца. Поэтому каждый должен всячески помогать Ему в этом деле и искать потерянных и рассеянных в пустыне овец.
После собрания все присутствующие обступили инженера и Петра. Урсини же тем временем собрал вокруг себя детей, раздавая им картинки. Марьюшке он посоветовал заняться детьми и учить их по воскресеньям духовным песням и стихам, знакомить с расска зами Священного Писания. Дети обещали ему прилежно учить заданное.
Это хорошее дело, одобрительно качая головой, заметил Хратский. — По крайне мере, дети не вырастут такими невеждами, как мы. Когда мы были детьми, мы понятия не имели о существовании двух путей — широкого и узкого. Марьюшка — мастерица петь и рассказывать, она отлично справится с этим делом.
— А я пришлю Марьюшке красивые картинки, — добавил инженер, — и она может раздавать их прилежным ученикам.
Дети были в восторге.
Хратский пригласил гостей к себе на обед. После обеда Урсини разучивал со всеми новый гимн.
— Теперь вы и одни сможете петь его, — сказал он, прощаясь со всеми.
Присутствующие проводили его до мельницы и на лесной опушке остановились. Позже, проходя мимо этого места, все вспоминали этот день. Им живо рисовалась врезавшаяся в память картина: Урсини стоял на скале, освещённый солнцем, и, казалось, вот-вот на его голову будет возложен венец, о котором говорил он сегодня. Скрестив руки на груди, он смотрел на окружавшие их величественные горы, чудные долины. Все провожавшие дружно запели только что разученную ими духовную песню, в которой говорилось, что для детей Божиих нет разлуки, что даже уходя из этого мира, они могут сказать своим близким: «До свидания».
Песня замолкла. Урсини ещё раз на прощание пожал каждому руку. Долго смотрели и махали ему в след провожавшие, пока тот совсем не исчез из вида.
— До свидания! — громко закричал Пётр.
— До свидания!.. подхватило и многократно повторило раскатистое эхо.
Поздней осенью, когда жёлтые листья, словно ковёр, устлали землю, изба Крачинских была достроена. Несколько лет назад старушка Крачинская не поверила бы, что остаток своей жизни она проведёт в таком хорошеньком домике.
Но на этой земле не бывает полного счастья: часто Крачинская с грустью смотрела в тот угол, где стоял ткацкий станок. Ей было грустно без Петра. Она привыкла видеть его там за работой. Единственным её утешением были письма Петра, любящие и полные детской преданности. При чтении их у старушки часто навёртывались на глаза слёзы, потому что она от всей души радовалась, что Пётр обрёл своего отца… Осиротевшая старушка стала ближе к Богу. Пётр в своих письмах наставлял её. Характер Крачинской менялся день ото дня: из первой деревенской сплетницы, любившей ссоры и споры, она стала кроткой, серьёзной женщиной. Она охотно ходила к Хратским, где продолжались собрания и после отъезда Степана. Хратский или Блашко читали теперь Слово Божие.
Они неустанно искали истину, и Бог открывался им всё больше и больше. Сила их заключалась в том, что понятое ими в Слове Божием они немедленно осуществляли в своей жизни. Благодаря этому, они жили в мире и согласии. Некоторые из посторонних уважали их, другие презирали.
Было решено, что к зиме Петран с женой переселятся к старушке Крачинской. Пришёл день, когда жена Петрана пришла к познанию истины. Она решила оставить родительский дом и поселиться с мужем отдельно у Крачинской. Она также теперь охотно посещала собрания в Дубравке.
Хотя пастор М. и продолжал с кафедры громить «мечтателей» и их «лжеучение», он этим ничего не достиг. Многие из его прихожан, прежде посещавшие и церковь и собрания Хратских, вскоре совсем отстали от церкви. Они стали ходить только на собрание к Хратским, где говорилось о Христе и читалось Слово Божие.
— Если уж слышать ругань, так я лучше пойду в трактир: там можно, по крайней мере, ответить на обвинения, — говорил весельчак Дубравский. В церкви отвечать нельзя, там нужно молча сидеть и слушать те небылицы, которые возводят на нас!
Вскоре церковь стали посещать только исключительно для совершения крестин, похорон или исполнения других каких-либо обрядов.
У Хратских всё шло своим чередом. Писем Петра и Степана ждали и читали их с нетерпением. Все радовались, что обоим хорошо жилось на чужбине, но всётаки их тянуло домой на родину. Иногда у кого-нибудь из Хратских зарождалась мысль: что будет делать по возвращении на родину Степан? Что будет, если пастор отлучит всех от церкви?
— Пойдём ко Христу на небо! — — полагал конец подобным вопросам дедушка Хратский.
Марьюшка и Мишко усердно занимались детьми.
Они знакомили их со Священным Писанием и успели их научить многим стихам и песням. Марьюшка нередко говорила окружающим:
— Если мы будем жить так, как заповедал нам Иисус Христос, и будем вполне послушны Ему, Он возьмёт на Себя все наши заботы. Помните, что всегда говорил Степан? «Станем жить так, чтобы вся наша жизнь была свидетельством для мира. Если люди не хотят принимать наших слов, пусть вся наша жизнь будет такова, чтобы после нашей смерти они вынуждены были признаться: «Да, действительно с ними была истина!»